Лариса поднимала с пола разбившуюся тарелку, когда раздался звонок в дверь. Девять вечера, никого не ждала. Осколки звякнули в мусорное ведро — как и два года назад, когда Игорь швырял посуду, выкрикивая: «Салон красоты! Ты же даже себя привести в порядок не можешь!»

Через глазок увидела его — широкоплечего, в дорогом костюме, с той самой самодовольной улыбкой.

«Ну что, без меня тяжело?»

Он вошёл, не дожидаясь приглашения. Обвёл взглядом прихожую — те же затёртые обои, тот же скрипучий паркет.

«Проходи».
Игорь снял пальто, повесил на знакомый крючок. В гостиной сел в своё бывшее кресло, откинулся, расстегнул пиджак.

«Так и живёшь тут, в музее нищеты?»
Лариса села напротив, сжала руки на коленях. Привычка — так она сидела, когда он объяснял ей, какая она неудачница.

«Кофе будешь?»
«Давай. Только не растворимый, а то я отвык от такой… экономии».
Она принесла кофе в простых белых чашках. Игорь сделал глоток, поморщился.

«Всё тот же пакетик за копейки? Думал, научишься наконец жить по-человечески».
Он достал телефон, ткнул в экран.

«Смотри, вот мы с Викой позавчера. Ресторан на крыше, знаешь, сколько счёт? Нет, не знаешь. Откуда».
На фото — он сам с молодой блондинкой, бокалы игристого, вид на город.

«Видишь разницу? Вика умеет быть женщиной. А ты… — он махнул рукой вокруг. — Всё так же копишь на чёрный день?»
«Кстати, салончик твой как? Клиентура есть?»
«Есть».
«Пара пенсионерок на хим. завивку? — Игорь рассмеялся. — Я же говорил — не женское это дело. Посмотри на себя — даже накраситься забыла».
Лариса коснулась лица. Действительно, с утра крутилась без косметики.

«Слушай, если совсем плохо, могу помочь. По старой памяти».
Он вытащил портмоне, небрежно положил несколько купюр на столик между пустыми чашками.

«На продукты хватит. Только не гордись, ладно?»
В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилось: «Елена Сергеевна, журналист».

«Алло? Да, слушаю… Завтра? В десять утра? Конечно, буду готова».
Игорь перестал улыбаться, прислушиваясь.

«Съёмочная группа приедет сюда? Понятно… О чём расскажу? О том, как строила бизнес с нуля… После того, как меня бросили».
Лариса посмотрела прямо на Игоря.

«Моя история? Расскажу, как важно избавиться от тех, кто тянет вниз».
Она положила трубку. Игорь смотрел на неё с недоумением.

«Какая ещё съёмка? Что за журналистка?»
«Федеральный канал снимает программу о женском предпринимательстве».
«О тебе? — он хмыкнул, но голос уже дрожал. — Да что ты им расскажешь?»
Лариса встала, прошла к старому комоду. Достала толстую папку, положила рядом с его купюрами.

«Открой ка. Посмотри».
Игорь взял документы, начал листать. Договоры аренды, выписки, бизнес-планы. Страница за страницей — его лицо бледнело.

«Откуда… откуда у тебя такие суммы?»
«Работаю. По четырнадцать часов в день. Пока ты с Викой по ресторанам ходил, я клиентов обслуживала».
«Но квартира же… она выглядит…»
«Бедно? Знаешь почему, Игорь? Потому что каждая копейка идёт на расширение. Не на пальто и не на рестораны на крышах».
Она села обратно, спокойно смотрела на него.

«Второй салон открываю через месяц. Третий — к осени. Четвёртый планирую в другом городе».
Игорь перелистывал документы трясущимися руками.

«Значит, ты… у тебя всё хорошо?»
«Отлично. Лучше, чем когда ты меня “поддерживал”».
Он поднял голову, в глазах читался почти ужас.

«Лариса, послушай… может, мы тогда погорячились? Я думаю иногда, что мы зря расстались».
«Правда?»
«Серьёзно говорю. И потом, бизнес — дело сложное, тебе нужна мужская рука. Поддержка».
Он потянулся к ней через стол.

«Мы же хорошей парой были. Помнишь?»
Лариса взяла со столика его деньги, аккуратно сложила пополам.

«Хорошей парой? Помню, как ты орал, что я неудачница. Помню, как швырял тарелки, когда я говорила про салон».
«Ну, я же не знал, что получится! Думал, максимум маникюр на дому будешь делать!»
«В том-то и дело. Ты не верил».
Она протянула ему купюры.

«А когда самый близкий человек не верит — ты начинаешь сомневаться в себе. Каждый день».
«Лариса, я ошибся! С кем не бывает! Но мы можем исправить, начать заново!»
«Можем?»
«Конечно! Я оставлю Вику, вернусь. Вместе мы горы свернём!»
Лариса встала, открыла дверь в прихожую.

«Знаешь, Игорь, два года назад эти слова изменили бы всё. Сейчас я понимаю: не хочу делиться успехом с тем, кто считал меня неудачницей».
Игорь медленно поднялся, надел пальто. У порога замер.

«И всё? Окончательно?»
«Окончательно».
«Но ведь я люблю тебя! Всегда любил!»
«Любил? — Лариса тихо рассмеялась. — Любят не за успех, Игорь. Любят несмотря ни на что. А ты полюбил мои деньги».
Она посмотрела на него в последний раз — растерянного, сжимающего в руке отвергнутые купюры.

«Передавай Вике привет. Пусть наслаждается твоей… поддержкой».
Дверь закрылась. Лариса прислонилась к ней спиной, слушая, как стихают шаги в подъезде. Потом прошла в гостиную, собрала документы обратно в папку.

Завтра утром здесь будут журналисты. Будут снимать эту простую квартиру, эти выцветшие обои, этот старый диван. И она расскажет им правду — как важно не сдаваться, когда все вокруг говорят, что ты не справишься.

Особенно те, кто должен поддерживать.

Лариса подошла к окну, посмотрела вниз. Игорь стоял возле подъезда, курил, смотрел на её окна. Наверное, ждал, что она передумает, выбежит, скажет: «Вернись, я всё прощу».

Она отошла от окна, выключила свет.

Пусть стоит. Пусть думает о том, что потерял. И о том, как самоуверенность превращается в пепел, когда понимаешь — недооценил человека, который был рядом.

Утром Игорь узнает из программы, кем стала его бывшая жена. Вика увидит интервью, задаст неудобные вопросы. А он будет объяснять, почему никогда не рассказывал, что у него была такая жена.

Та самая, которую он считал неудачницей.

Лариса легла спать в своей спальне, в старой пижаме, на постели без дорогого белья. Завтра всё изменится — придёт слава, признание, новые возможности.

Но сегодня она просто счастлива оттого, что сказала правду. Человеку, который когда-то разбивал её мечты вместе с тарелками.