Глава 2. Театр одной актрисы
Кульминация наступила ровно в тот момент, когда подали десерт. Нина Павловна, пригубив вина, вдруг резко побледнела. Она прижала ладонь к груди и прерывисто вздохнула.
— О боже… — прошептала она так, чтобы услышали все за столом.
— Мама, что с тобой? — Максим тут же вскочил, опрокинув стул.
— Деньги… — она посмотрела на него полными «ужаса» глазами. — Я ведь только сегодня сняла их со счета для сделки по новому участку.
Полтора миллиона! Я оставила их в кабинете на столе буквально на пять минут, пока ходила проверять сервировку!
В гостиной повисла гробовая тишина. Гости замерли с ложечками в руках.
Один из мужчин, потенциальный партнер Максима, нахмурился. Кража в доме, где обсуждаются многомиллионные вложения, — это не просто неприятность, это клеймо на репутации.
— На столе нет никаких денег, мама, — Максим растерянно оглянулся на дверь кабинета. — Может, ты их переложила?
— Нет! Я точно помню! — она вдруг перевела взгляд на меня. Это был взгляд хищника, который загнал жертву в угол.
— Вероника, дорогая… Ты ведь была на первом этаже всё утро? Ты заходила в кабинет?
— Я натирала серебро, Нина Павловна, — ответила я максимально спокойным голосом. — А потом поднималась к себе переодеться.
— К себе? — свекровь приподнялась.
— Максим, сынок, я не хочу никого обвинять, правда… Но кроме нас троих в доме никого не было. Горничная придет только завтра. Окна закрыты.
— Мама, на что ты намекаешь? — голос Максима дрогнул.
— Я ни на что не намекаю! Но деньги не могли испариться! — она запричитала, обращаясь к гостям. — Простите нас за эту сцену, это немыслимо… Но это огромная сумма. Если они в доме, их надо найти сейчас же, иначе я вызову полицию.
— Давайте просто проверим комнаты, — подал голос один из гостей, желая поскорее закончить этот фарс.
— Чтобы снять все подозрения.
— Да, — Нина Павловна решительно встала. — Вероника, ты ведь не против, если мы заглянем в вашу спальню? Просто для проформы.
Я пожала плечами.
— Пожалуйста. Если вам так будет спокойнее.
Мы пошли наверх целой процессией. Нина Павловна шла впереди, едва сдерживая торжествующую улыбку. Она подошла прямо к моему шкафу.
— Кажется, я видела, как ты сегодня что-то туда прятала, — бросила она через плечо.
Она рывком открыла дверцу, схватила ту самую новую шерстяную кофту и встряхнула её. Мы все ждали звука падающих пачек или вида крафтового конверта.
Ничего.
Кофта мягко упала на пол. Нина Павловна замерла. Она начала лихорадочно рыться на моей полке, сбрасывая мои вещи на пол.
— Но они… они были здесь! — вырвалось у неё прежде, чем она успела прикусить язык.
— Откуда вы знаете, что они были именно здесь, мама? — тихо спросил Максим. В его голосе послышался холод, которого я никогда раньше не слышала.
Свекровь осеклась. Лицо её стало пунцовым.
— Я… я имела в виду, что видела, как она терлась у шкафа! Наверное, она их перепрятала!
Глава 3. Ход королевой
— Нина Павловна, вы, должно быть, очень разволновались, — я подошла к ней и мягко коснулась её плеча. Она отпрянула, как от ожога. — Вам, наверное, показалось.
Давайте еще раз спокойно подумаем. Вы сказали, что оставили их в кабинете?
— Да! На столе! — она уже почти кричала, теряя контроль.
— Но если их нет на столе, может, вы в расстройстве чувств положили их в какое-то очень надежное место?
Туда, куда никто, кроме вас, не имеет доступа?
Я посмотрела ей прямо в глаза. В этот момент она всё поняла. Она поняла, что я нашла конверт. Поняла, что я знаю о её плане. Но она не знала главного — куда я их девала.
— Давайте проверим ваш кабинет еще раз, — предложила я гостям. — Нина Павловна очень дорожит памятью своего мужа, может быть, она подсознательно спрятала их поближе к нему?
Мы спустились вниз. Свекровь шла как на эшафот. Мы вошли в кабинет. Я подвела Максима к столу.
— Мама всегда говорит, что портфель твоего отца — самое защищенное место в этом доме, — сказала я. — Она даже мне запрещает к нему подходить.
Нина Павловна издала странный хриплый звук.
— Нет… Я не могла… Код знаю только я и Максим…
— Ну так проверь, — Максим решительно взял портфель.
Он набрал код. Замок щелкнул. Он открыл крышку и замер.
— Мама… — он медленно достал крафтовый конверт. — Это они?
Гости зашептались. Ситуация выглядела однозначно: пожилая женщина, то ли от старости, то ли от излишней подозрительности, спрятала деньги в свой личный сейф-портфель, забыла об этом и устроила безобразный скандал, пытаясь обвинить невинную невестку перед важными партнерами.
— Я… я не… — Нина Павловна опустилась в кресло. Её «мокрый асфальт» костюма теперь идеально гармонировал с цветом её лица.
Глава 4. Расплата
Гости ушли через пятнадцать минут. Они вежливо откланялись, но по их взглядам было ясно — никаких дел с этой семьей, где мать страдает паранойей или начинающимся маразмом, они иметь не будут.
Контракт, о котором так мечтал Максим, растаял в воздухе.
Когда дверь за последним гостем закрылась, Максим повернулся к матери. В гостиной стояла такая тишина, что было слышно, как тикают старинные часы.
— Зачем ты это сделала, мама? — спросил он. Его голос был сухим и ломким.
— Максим, ты не понимаешь, она… — начала Нина Павловна, но он перебил её.
— Я всё понимаю.
Я видел, как ты сразу пошла к её шкафу. Ты даже не искала в других местах. Ты знала, что они должны быть там. Ты хотела разрушить мою жизнь и жизнь моей жены просто потому, что тебе не нравится мой выбор?
— Она тебе не пара! — выкрикнула свекровь, вскакивая. — Я хотела спасти тебя! Она воровка в душе, если не на деле! Она нашла их и переложила!
— Достаточно, — Максим поднял руку. — Завтра мы переезжаем. У нас есть квартира, которую мы сдавали.
Жильцы съезжают через неделю, пока поживем в отеле.
— Ты бросишь мать одну в этом огромном доме?! — взвизгнула она.
— Нет, мама. Я оставлю тебя в твоей крепости. Наслаждайся тишиной и своими коврами. Но Вероника больше не переступит этот порог.
И я, видимо, тоже — пока ты не научишься уважать мою семью.
Эпилог
Мы уехали в тот же вечер. Я собрала вещи за двадцать минут. Когда мы выходили к такси, Нина Павловна стояла на балконе второго этажа, бледная тень в свете луны. Она ничего не кричала. Она просто смотрела, как мы уезжаем.
Через год Максим всё-таки заключил тот контракт, но уже с другими партнерами и на своих условиях. Мы купили свой дом — небольшой, светлый, без лепнины и нафталина.
Нина Павловна несколько раз пыталась звонить, плакала в трубку, жаловалась на сердце. Максим навещает её раз в месяц, привозит продукты, но никогда не остается на обед.
Я так и не призналась ему, что это я переложила деньги. Пусть это останется моей маленькой тайной. Иногда, чтобы сохранить любовь, нужно уметь не только прощать, но и вовремя перепрятывать чужую ненависть.
А тот крафтовый конверт… Максим отдал эти деньги на благотворительность. Он сказал, что они «пахнут чем-то нехорошим». И в этом он был абсолютно прав.
