Глава 2. Холодная месть в садовом сарае
Садовый сарай пах сухой травой и старой краской. Там действительно стояла раскладушка — узкая, скрипучая, с тонким одеялом, которое явно принесли из какой-то дешевой ночлежки.
На стене висело зеркало, в котором я увидела свое отражение: растрепанные волосы, темные круги под глазами от недосыпа, но в глазах горел холодный огонь, который Тревор и его мать никогда раньше не видели.
Они думали, что я «мягкая». Они думали, что раз я работаю в кибербезопасности, то я просто «компьютерщик», который боится конфликтов. Они забыли, что моя работа — это защита активов от тех, кто пытается их украсть.
Я открыла ноутбук. Пальцы привычно забегали по клавишам.
— Вы хотите поиграть в «хозяев»? — прошептала я, подключаясь к системе «умный дом», которую сама же и проектировала.
Первым делом я вошла в панель управления замками. У меня был полный административный доступ.
Я удалила все биометрические данные Тревора и коды доступа, которые он успел раздать своей родне. Теперь, если кто-то из них выйдет за порог, вернуться он не сможет.
Затем я перешла к финансам.
У нас с Тревором был общий счет для «хозяйственных нужд», на который я ежемесячно переводила приличную сумму. Я увидела, что за последние 10 дней он потратил с этого счета семь тысяч долларов: рестораны, аренда тех самых внедорожников, какие-то покупки в ювелирном магазине. Наверняка подарок для Эвелин.
Одним кликом я перевела остаток средств обратно на свой личный счет и заблокировала карту Тревора.
— Кофе за мой счет закончился, Эвелин, — сказала я, глядя на экран.
Но главным козырем был сам дом.
Тревор искренне верил, что раз мы в браке, то половина виллы принадлежит ему. Он не знал, что за неделю до свадьбы я оформила этот дом на трастовый фонд, единственным бенефициаром которого была моя сестра.
В брачном контракте, который он подписал почти не глядя (он был слишком занят выбором костюма для свадьбы), был пункт о том, что имущество траста не подлежит разделу.
Я набрала номер своего адвоката и службы безопасности.
— Марк, извини, что поздно. Мне нужно выселение. Прямо сейчас. Да, «золотой протокол».
Глава 3. Великое отключение
В час ночи в доме все еще гремела музыка. Я видела через камеры наблюдения, как племянница Эвелин примеряет мои жемчужные бусы, кривляясь перед зеркалом в моей спальне.
Эвелин развалилась на диване, обсуждая, какие шторы она велит повесить вместо моих «скучных серых».
Я нажала кнопку «Master Shutdown».
В одно мгновение весь дом погрузился в абсолютную тьму.
Музыка оборвалась на высокой ноте. Отключились кондиционеры, и через минуту в Аспен-Крик, где ночи бывают довольно прохладными, стало ощутимо неуютно.
Я вышла из сарая и направилась к главному входу. Дверь была заперта на электронный замок, который теперь подчинялся только моему телефону.
Я открыла его и вошла.
В гостиной царил хаос. Дяди и кузены подсвечивали себе путь фонариками телефонов, натыкаясь на мебель.
— Что за чертовщина?! — орал Тревор. — Эллисон! Это ты что-то сломала?
Я стояла в дверях, подсвеченная уличным фонарем, и выглядела, должно быть, как призрак возмездия.
— Ничего не сломано, Тревор, — спокойно ответила я. — Просто срок вашей бесплатной аренды истек.
— Включи свет немедленно! — взвизгнула Эвелин. — Мои внуки напуганы! Ты не имеешь права так обращаться с нами в доме моего сына!
Я включила фонарь на своем телефоне и направила его прямо в лицо свекрови.
— Твой сын здесь не хозяин, Эвелин. Он здесь — гость, который злоупотребил гостеприимством. Как и все вы.
— Ты не смеешь! — Тревор шагнул ко мне, его лицо было красным от ярости. — Мы поженимся, это наше общее имущество! Я вызову полицию!
— Вызывай, — я пожала плечами. — Я уже вызвала их. А вместе с ними — частную охрану.
Глава 4. Фальшивая победа рассыпается в прах
Через десять минут к воротам подъехали две патрульные машины и черный фургон службы безопасности. Синие и красные огни разрезали темноту, освещая лица испуганных родственников, которые начали выходить на крыльцо.
Офицер полиции вошел в дом.
— Добрый вечер. Поступил сигнал о незаконном проникновении на частную территорию.
— Офицер, слава богу! — Эвелин подбежала к нему. — Моя невестка сошла с ума! Она пытается выгнать нас из дома моего сына среди ночи!
Офицер посмотрел на меня. Я молча протянула ему папку с документами на дом и распечатку брачного контракта.
— Дом принадлежит Трасту Аспен-Крик. Я — доверенное лицо с правом единоличного распоряжения. Эти люди находятся здесь без моего согласия. Вот записи с камер, где видно, как они выбрасывают мои вещи и портят имущество.
Тревор попытался вмешаться:
— Я её муж! Я живу здесь!
— Господин Тревор, — офицер сверил данные. — В контракте указано, что при совершении действий, наносящих вред имуществу или владельцу, ваше право проживания аннулируется немедленно до выяснения обстоятельств в суде. Вы выбросили кровать владелицы в сарай.
Это классифицируется как создание условий, непригодных для жизни.
— Что?! — Эвелин осела на ступеньку. — Но он же сказал… он сказал, что дом его!
Я посмотрела на Тревора. Он избегал моего взгляда. Он лгал своей семье годами, выстраивая образ успешного владельца поместья, хотя на самом деле едва справлялся с оплатой своего автокредита.
— Собирайте вещи, — скомандовала я. — У вас есть 15 минут. Только то, что принадлежит вам. Племянница, сними бусы. Прямо сейчас.
Глава 5. Утро новой жизни
Это было жалкое зрелище. Толпа людей с узлами, надувными матрасами и пакетами из супермаркета уходила к своим машинам под присмотром суровых охранников.
Эвелин плакала, причитая о «бессердечной змее», а её родственники, еще недавно пившие моё вино, теперь бросали на неё и Тревора злые взгляды — ведь им обещали роскошные каникулы, а в итоге они оказались на обочине в час ночи.
Тревор стоял последним у ворот.
— Эллисон, мы можем поговорить? Это просто недоразумение… Мама надавила на меня…
— Нет, Тревор. Твоя мама не тащила матрас в сарай. Ты сам это сделал. Ты выбрал их одобрение вместо моего достоинства.
Я нажала кнопку на телефоне. Тяжелые кованые ворота начали медленно закрываться.
— Завтра мои адвокаты пришлют документы на развод. Твои вещи в черных мешках — тех самых, в которые вы сложили мои костюмы. Они ждут тебя у въезда в поселок.
Ворота закрылись с глухим щелчком.
Я вернулась в дом. Там было тихо. Очень тихо. Я включила свет, поднялась в свою спальню и увидела пустую комнату без кровати. Но мне было всё равно.
Я спустилась в гостиную, достала ту самую бутылку вина, о которой мечтала в самолете, и села прямо на пол на ковер, который больше никто не пачкал грязной обувью.
Этот дом никогда не был их. И теперь он снова стал моим.
**Конец.**
