Table of Contents
Продолжение истории: «Цена решения»
— Ты что, с ума сошла? — повторил Олег, резко поставив бутылку на столик. Пиво чуть не выплеснулось через край. — Ты наняла няню для моих племянников? За мои деньги?
— За мои, — спокойно поправила Аня. — Я плачу из своих сбережений. Тех, что откладывала на курсы повышения квалификации.
Олег вскочил с дивана, бумаги разлетелись по полу.
— Да какая разница, из чьих?! Ты вообще в своём уме? Мы что, миллионеры? Тратить такие деньги на чужих детей, когда можно просто…
— …когда можно просто заставить жену всё бросить и бегать по городу, как курьер? — Аня впервые повысила голос, но тут же взяла себя в руки. — Олег, я не против помочь семье. Но не ценой своей работы, нервов и личного времени.
Он замер, будто впервые услышал её слова по‑настоящему.
— Ты могла бы просто поговорить со мной. Объяснить, что тебе неудобно. Зачем сразу такие крайности?
— Я пыталась, — Аня скрестила руки на груди. — Помнишь наш разговор за ужином? Я спросила, кто принял решение. Ты отмахнулся. Потом ты решил, что им нужен ключ от нашей квартиры. Ты не обсуждал — ты ставил перед фактом.
Олег провёл рукой по волосам, сел обратно на диван. Взял один из листов, разгладил его на колене.
— Сколько? — спросил он уже тише.
— 400 рублей в час. Плюс оплата проезда. В день выходит около 1 600. В месяц — примерно 32 000, если без пропусков.
Муж присвистнул:
— Это же почти треть моей зарплаты!
— Зато Ленка не будет срываться с работы, пацаны будут под присмотром, а я — на своём месте. И никто не будет чувствовать себя использованным.
Разговор с сестрой
На следующий день Олег позвонил Лене:
— Лен, тут такое дело… Аня наняла няню для пацанов.
В трубке повисла пауза.
— Что сделала? — голос сестры звучал растерянно.
— Наняла няню. Чтобы забирать их из школы, кормить, следить за уроками.
— Но… мы же договаривались, что Аня будет…
— Вот именно, — перебил Олег. — Мы договаривались. Без неё. А она решила по‑своему. И знаешь что? Наверное, она права.
Лена помолчала.
— То есть ты хочешь сказать, что мы неправильно поступили?
— Мы подумали только о себе. О том, как нам удобно. А про Аню забыли. Она же работает, у неё своя жизнь.
Сестра вздохнула:
— Господи, какой же я была эгоисткой… Я даже не задумалась, каково ей.
— Давай так, — предложил Олег. — Давай разделим оплату. Пополам. Я дам половину суммы, ты — вторую. Так будет честно.
Примирение
Вечером Олег вернулся домой с букетом цветов и коробкой её любимых шоколадных конфет.
— Прости меня, — сказал он, протягивая букет. — Я действительно не понимал, насколько это для тебя важно. Думал, что семья — это когда все друг другу помогают без вопросов. Но помощь не должна быть в ущерб кому‑то одному.
Аня приняла цветы, но не улыбнулась сразу.
— Семья — это когда помогают, но сначала спрашивают: «Ты сможешь?» И уважают ответ.
— Я понял, — он кивнул. — И я хочу научиться так жить. Давай попробуем договориться по‑новому?
Она наконец улыбнулась:
— Давай.
Новый порядок
Через неделю Аня встретилась с Леной и Валентиной Петровной.
— Валентина Петровна, — начала Лена, — я хочу внести свою часть оплаты. И, если можно, давайте я буду иногда забирать мальчиков сама. Хочу проводить с ними больше времени.
Няня кивнула:
— Разумное решение. Я буду сопровождать их до тех пор, пока вам не станет удобнее.
Аня посмотрела на сестру мужа и неожиданно почувствовала, что напряжение последних недель тает.
— И ещё, — добавила Лена, — может, мы сможем как‑то помогать Ане? Например, раз в две недели я могу приготовить что‑то на несколько дней — она будет просто разогревать. Или мы с пацанами можем иногда убирать квартиру.
Олег, который стоял в стороне, незаметно сжал руку жены.
— Видишь? — прошептал он. — Когда все говорят — всё получается лучше.
Эпилог
Прошло три месяца. График работы няни сократился до трёх дней в неделю — Лена научилась более гибко выстраивать свой график, а иногда мальчиков забирал сам Олег. Аня вернулась к своим обеденным перерывам в кафе, но теперь иногда приглашала туда Лену — они пили кофе и говорили о жизни, работе, детях.
Однажды вечером, когда они с Олегом сидели на кухне, он сказал:
— Знаешь, я раньше думал, что быть главой семьи — это решать за всех. А теперь понимаю: быть главой — это уметь слушать и договариваться. И ценить тех, кто рядом.
Аня улыбнулась и налила ему ещё чаю:
— И это, пожалуй, самое важное.
Они сидели и смотрели в окно, где на детской площадке смеялись племянники, а Валентина Петровна, в тёплой куртке и с вязаной шапкой на голове, следила за ними, время от времени поправляя шарф на шее одного из мальчиков. Всё наконец встало на свои места — не по чьей‑то воле, а по взаимному согласию.
