Семен приехал в деревню навестить свою тетушку, старшую сестру мамы.

Семен приехал в деревню навестить свою тетушку, старшую сестру мамы. За которой она просила его присмотреть, перед своей смертью.

Тетя Люся была маленькая и старенькая. Семен уже который раз предлагал ей переехать к ним в город, сказал, что у нее будет своя комната, что она сможет гулять во дворе, там есть другие старушки, ей будет весело. Но тетушка ни в какую не хотела бросать свой дом.

Вот и приходилось ему каждые три месяца брать на работе по пять дней без содержания и приезжать к ней. Два дня уходило на дорогу, а три дня он помогал тетушке по хозяйству. Хорошо, что Семен был сам начальником отдела и мог себе позволить такие короткие отпуска.

Да к тому же начальник фирмы — его друг. А вот в эту весну он не смог приехать в марте, а приехал только в конце апреля – завал на работе.

Тетя Люся совсем сдала после зимы, а ее соседка, тетка Маруся, сказала, что ей два раза вызывали скорую.

– А что же вы мне не сообщили? Как ни звонил, вы говорили, что все у нее хорошо.

– Так, она с меня слово взяла, чтобы я ничего вам не сообщала, не дергала на работе. Сказала: вот помру, тогда сообщишь.

Семен сходил в магазин за сахаром и солью, что наказала ему взять тетушка. Ну и всего остального прикупил – круп, тушенки, сгущенки. Когда вернулся домой, то у крыльца увидел щенка овчарки, месяцев пять от роду.

Он был какой-то интересный, большеголовый и с вытянутой мордой.

– Теть Люся, откуда у тебя щенок?

– Да приблудился месяц назад. Открыла калитку, а он сидит, трясется весь от холода, худющий был. Это я его уже откормила. Взяла, чтобы веселее было.

Семен погладил щенка по голове, тот доверчиво положил ему голову на колени. Он очень любил собак и в детстве всегда мечтал иметь такого друга.

Но не разрешали родители. А сейчас не до собак. Жена как-то завела кошку, та прожила с ними три года и потом пропала. Детей у них с Ириной не было, она не могла родить и супруги уже смирились с этим. Жили для себя, часто ездили путешествовать.

– А как зовут твою приблуду?

– Тимоха. Так моего кота звали.

Семен засмеялся:

– А разве это нормально, собаку кошачьей кличкой называть.

– Да какая разница, отзывается ведь.

Пока Семен был у тетушки, Тимоха ходил за ним по пятам. И вот пришло время уезжать, Семен попросил тетушку не скрывать, если ей будет плохо. Он всегда приедет и если какие-то лекарства нужны, чтобы она не стеснялась, а звонила и заказывала ему.

– Да я тебя уже итак измучила, мотаешься ко мне. Но ничего, недолго осталось.

– Зачем вы так, теть Люсь, живите, чем дольше, тем лучше. Мне вы не в тягость.

– Семен, а можно тебя об одном попросить? Если вдруг помру, не бросай Тимоху, живая душа все-таки.

– Не брошу, пристрою к кому-нибудь.

– Нет, возьми себе, пожалуйста. Я думаю, что он не зря приблудился.

И тут пес ткнулся ему в колени, потом поднял голову и внимательно посмотрел в глаза.

– Хорошо, тетя Люся, если что, возьму Тимоху к себе.

А через месяц тетушка умерла. Семен схоронил ее, отвел девять дней с соседями. Потом они с Тимохой сходили вместе на кладбище, попрощались.

И вот пришло время уезжать. Семен привез с собой намордник и поводок, и они приехали на вокзал станции, от которой отходил поезд.

Семен купил им билеты в вагон, где разрешен провоз животных. А когда зашли в купе, пес вдруг ощетинился и зарычал на мужчину, что сидел у окна.

Тот обернулся и выпучив глаза, возмутился:

– Совсем обалдели, уже с волками ездят.

– Мужик, ты что, пьян, какой волк, это мой пес Тимоха.

– Тимоха твой, настоящий волк. Я охотник и охочусь вот таких зверюг.

Тимоха снова оскалился и зарычал.

– Убери эту т**** отсюда, пока я его не грохнул.

– А ты лучше заткнись, если хочешь живым доехать. Тебя никто не трогает и ты едь спокойно.

– Ну уж нет, мне до моей станции ехать час, я лучше в коридоре посижу.

Они остались с Тимохой одни в купе. Семен пристально посмотрел на пса и спросил, как будто тот мог ему ответить:

– Тимоха, ты что, и правда — волк? – Пес положил ему морду на колени и завилял хвостом. – Ну и ладно, даже если и так, ты классный.

В купе заглянула проводница:

-У вас кто — волк или овчарка?

– Вам этот придурок наплел? Какой волк, это особая порода овчарки, она поисковик у меня.

– Ну тогда ладно. А документы на нее имеются?

– Конечно, сейчас покажу.

Семен копался в карманах, а потом как бы с ужасом сказал псу и проводнице одновременно:

– Тимоха, я твои документы около кассы забыл, когда мы билет брали. Вы ведь понимаете, что без документов, нам бы билет не продали – теперь это он сказал проводнице.

– Конечно – согласилась та.

Хотя никаких документов он не предъявлял, потому что в кассе работала дочь соседки тети Маруси. А утром они уже и приехали. В этот же день Семен повел Тимоху в ветклинику, что была на углу их квартала. Врач сразу спросила:

– Вы из цирка?

– Нет, почему вы так решили?

– Ну ведь у вас волк.

Семен вздохнул:

– Волк, но не из цирка, а из деревни. Моя тетушка умерла и просила забрать пса, то есть волка, к себе, вот я и выполнил ее просьбу.

Врач подошла ближе, а потом с уверенностью сказала:

– Это нечистокровный волк — помесь. У него один из родителей – немец. Волкособы – это животные, появляющиеся на свет в результате скрещивания волка и они спокойны, преданны и неконфликтны. Так что можете не переживать. Давайте его зарегистрируем, сделаем прививочки, чтобы к вам в дальнейшем не было претензий.

Жена очень привязалась к Тимохе, сама купала, кормила и выгуливала. Прошло месяцев десять. И как-то на новогодних каникулах, уже в сумеречное время, Ирина повела Тимоху прогуляться и сама пройтись, засиделась за эти дни дома. Они отправились с ним в парк, который находился в десяти минутах ходьбы от дома.

И вот когда они гуляли там по дорожкам, Тимоха вдруг навострил уши и рванул в темноту.

Ирина кричала ему вслед, звала, но его не было минут пять-семь. И когда расстроенная Ирина хотела уже звонить мужу, увидела пса, Тимоха с трудом тащил в зубах сверток.

Ирина бросилась навстречу, это был новорожденный ребенок и живой. Хоть она сама была врачом, но тут же вызвала скорую и полицию.

Все приехали на удивление быстро. Ирина не смогла поехать с ними, так как с ней был пес. Но отведя его домой, поехала в приемник, взяв с собой и Семена. Там им сказали, что это девочка, ей месяц, она здорова.

При ней была записка, зовут малышку Валерия и мать просила отдать ее хорошим людям. Ирина попросила показать девочку, а увидев ее – сразу отдала ей свое сердце.

Они с мужем переглянулись, он понял ее немой вопрос и согласно кивнул. Жена сказала дежурному, что она сама врач и они с мужем ее удочерят, чтобы никуда ее не передавали.

Через два месяца у них в доме поселилась найденыш — Валерия, которую нашел приблуда Тимоха. Как тетушка и сказала – не зря пес к ее дому пришел.

 

Прошёл год.

Валерия уже уверенно топала по квартире, держась за стену или за Тимоху. Пёс (или всё-таки волк?) ходил за ней по пятам, как будто назначил себя личной охраной. Когда малышка падала — а падала она часто и с удовольствием, — Тимоха аккуратно подхватывал её за капюшон курточки и помогал встать. Ирина каждый раз умилялась до слёз.

— Семён, ты только посмотри… Он её как родную бережёт.

Семён стоял в дверях кухни с кружкой кофе и улыбался. Жизнь, которая ещё недавно казалась размеренной и немного пустоватой, вдруг наполнилась совершенно новым смыслом. По вечерам теперь не просто «ужин и сериал», а купание, сказка, четыре поцелуя на ночь и обязательное «спокойной ночи, Тимоха».

Тимоха спал теперь не в коридоре, как раньше, а у кроватки Валерии. Иногда Семён ночью вставал попить воды и видел одну и ту же картину: огромный лохматый зверь лежит на боку, а маленькая девочка свернулась калачиком, уткнувшись лицом ему в шерсть. И оба спят так сладко, будто весь мир вокруг исчез.

Однажды вечером, когда Валерия уже заснула, Ирина тихо сказала мужу:

— Знаешь… я иногда думаю, что тетя Люся всё это заранее знала.

Семён обнял жену за плечи.

— Я тоже. Она тогда так странно сказала: «Он не зря приблудился». Как будто чувствовала.

Они замолчали. В тишине было слышно только тихое посапывание из детской и мерное дыхание Тимохи.

Через месяц после первого дня рождения Валерии (отмечали скромно, но душевно — только свои да тётя Вера) Семён получил странный звонок.

— Семён Александрович? Это участковый из того района, где жила ваша тётя Любовь Петровна. У нас тут дело одно… В общем, нашли человека, который, возможно, имеет отношение к Тимохе.

Семён напрягся.

— Какое отношение?

— Помните, вы говорили, что щенок приблудился? Так вот, в соседней деревне зимой пропал волкособ. Хозяин — охотник, держал его для охраны. Говорит, что щенок сбежал, когда ему было месяца три. И приметы совпадают: большеголовая морда, окрас, поведение.

Семён вышел на балкон, чтобы Ирина и Валерия не слышали.

— И что теперь?

— Хозяин хочет забрать. Говорит, что это его имущество. Уже даже заявление написал.

Семён почувствовал, как внутри всё сжалось.

— Он не имущество. Он член семьи. У нас ребёнок, он его нянчит. Я не отдам.

— Понимаю, — вздохнул участковый. — Но по закону… если докажет, что это его, могут заставить вернуть. Хотя волкособы — не совсем домашние собаки, тут нюансы. Посоветуйтесь с юристом.

Вечером они долго сидели на кухне. Ирина плакала тихо, чтобы Валерия не услышала. Тимоха лежал у её ног и время от времени тыкался носом в колено, будто чувствовал.

— Мы не отдадим, — твёрдо сказал Семён. — Я найду лучшего адвоката. Мы его официально оформим. Сделаем все прививки, чип, документы. Он уже год с нами живёт. Это наш пёс.

На следующий день Семён взял отгул и поехал в деревню. Нашёл того самого охотника — мужика лет пятидесяти, крепкого, с тяжёлым взглядом.

— Значит, ты и есть новый хозяин моего волка? — усмехнулся тот.

— Он не твой. Он приблудился к моей тёте, она его выходила. Теперь он живёт у нас в городе. У нас маленькая дочь. Он её охраняет лучше любой няньки.

Охотник сплюнул.

— Я его вырастил. Кормил. Тренировал. Он мне денег стоил.

— Сколько? — спокойно спросил Семён.

Мужик назвал сумму. Семён достал телефон, перевёл деньги прямо при нём.

— Теперь он не твой. Даже на бумаге.

— Деньги не делают из волка собаку, — буркнул охотник, но уже без прежней уверенности.

— А любовь делает, — тихо ответил Семён. — Он выбрал нас. И мы его выбрали.

Когда Семён вернулся домой, Валерия встретила его у двери с криком «Папа!» и сразу полезла обниматься. Тимоха стоял рядом и вилял хвостом так сильно, что чуть не сбил цветочный горшок.

Ирина обняла мужа.

— Всё?

— Всё. Он больше не придёт.

В тот вечер они впервые официально оформили Тимоху как члена семьи. В ветпаспорте в графе «владелец» теперь стояло: «Семён и Ирина + Валерия».

Прошло ещё полтора года.

Валерия уже говорила целыми предложениями и называла Тимоху «мой большой брат». Они вместе гуляли в парке, вместе смотрели мультики (Тимоха ложился рядом и внимательно следил за экраном), вместе встречали Семёна с работы.

Однажды зимним вечером, когда за окном валил густой снег, Валерия забралась Семёну на колени и спросила:

— Папа, а откуда у нас Тимоха?

Семён посмотрел на жену. Ирина улыбнулась и кивнула.

— Он пришёл к твоей прабабушке Люсе, когда ей было очень одиноко, — начал Семён. — Она его вылечила, накормила и назвала Тимохой. А когда прабабушка ушла… она попросила меня забрать его к себе. Сказала: «Он не зря приблудился».

Валерия задумчиво погладила пса по голове.

— Значит, он волшебный?

— Наверное, — улыбнулся Семён. — Потому что после него у нас появилась ты.

Ирина тихо засмеялась и прижалась к мужу.

Тимоха, будто понял, о чём речь, поднял голову, посмотрел на всех троих по очереди и издал тихий довольный звук — не то рык, не то мурлыканье. Потом положил большую лохматую голову на колени Валерии и закрыл глаза.

За окном тихо падал снег. В квартире было тепло, пахло свежими блинами и мандаринами. И где-то там, далеко в деревне, наверное, улыбалась тетя Люся, глядя на них сверху.

Она всегда знала, что делала.

А Тимоха… Тимоха просто пришёл туда, где его ждали.