Глава 2. Козья доля и банный этикет
Леночка, сорок лет прожившая в режиме «я — украшение этого мира», к середине третьего дня пребывания в «Заветах предков» поняла:
мир об этом не в курсе. Когда коза Машка дожевала край её итальянского шарфа и принялась за ремешок от смарт-часов, золовка разразилась такой тирадой, от которой даже Михалыч уважительно приподнял бровь.
— Слышь, девка, — пробасил хозяин хутора, — ты энергию-то в мирное русло направь. Машка характерных любит. Если не додашь литр к вечеру, пойдёшь крапиву на суп косить. Босиком. Для стимуляции точек на стопах.
К вечеру четвёртого дня «семейная печень» начала подавать сигналы бедствия. Валерий, чьи ладони покрылись мозолями, а спина приобрела форму вопросительного знака, попытался поднять бунт.
— Это произвол! — кричал он, стоя посреди двора в белых льняных брюках, которые теперь напоминали половую тряпку из гаража. — Мы заплатили огромные деньги за отдых! Где обещанный шведский стол? Где аниматоры?
Михалыч, методично точивший косу на крыльце, даже не поднял головы.
— Аниматор у нас один — петух Степан. Подъём в 4:30. Шведский стол — в лесу, ягоды пошли. А деньги ваши, — он хитро прищурился, — пошли на поддержание исчезающего генофонда карельской закваски. Надя сказала, вы люди идейные, за экологию радеете.
Валерий замер. В его голове, отягощённой пареной репой, начала медленно ворочаться догадка.
Глава 3. Гидротерапия по-черному
На пятый день Надежда Петровна, лежа у бассейна в Сочи и дочитывая детектив, получила короткое, но ёмкое СМС:
«Надя. Мама уронила бархатное платье в кадушку с квашеной капустой.
Леночка покусана гусями. Михалыч заставил меня чистить нужник. Я всё понял. Забери нас отсюда, или я совершу побег лесами!»
Надежда Петровна не спеша отпила мартини, поправила солнцезащитные очки и набрала:
«Валерочка, преодоление — это путь к себе.
Завтра у вас по программе баня по-черному. Это высшая степень очистки кармы. Не забудьте взять с собой веники из полыни, они изгоняют бесов лени. Люблю, целую».
Баня по-черному стала финальным аккордом.
Зинаида Марковна, привыкшая к ванне с пеной и морской солью, вошла в бревенчатый сруб, где стены были покрыты слоем сажи.
— Нас хотят закоптить! — взвизгнула она, пятясь к выходу.
Но Михалыч был неумолим. Он лично загнал «отдыхающих» внутрь и выдал каждому по шапке-ушанке (чтобы мозги не закипели).
— Сейчас, — обещал он, — я из вас всю городскую пыль выбью.
Пыль выбивалась дубовыми вениками с такой страстью, что Леночка забыла про отсутствие вай-фая, а Валерий начал искренне молиться.
Когда распаренных, красных, как вареные раки, родственников выгнали из бани и велели прыгать в ледяное озеро, Зинаида Марковна внезапно обнаружила, что её «умирающие» суставы не просто не болят, а позволяют ей нестись к воде со скоростью олимпийского спринтера.
Глава 4. Возвращение блудных сыновей (и дочерей)
Надежда Петровна вернулась из Сочи на день раньше. Она была великолепна: золотистый загар, сияющая кожа, свежий маникюр. Квартира встретила её тишиной. Она заполнила холодильник нормальной едой — стейками, сыром, фруктами — и стала ждать.
Такси подъехало к подъезду в полночь.
Первым из машины выпал Валерий. Он похудел килограммов на пять, обветрился и пах костром и дегтем. За ним, тяжело отдуваясь, вышла Зинаида Марковна.
В её руках была корзина с сушеными грибами (подарок от Михалыча за «стахановский труд» на грядках). Замыкала шествие Леночка. Она была в камуфляжной куртке хозяина хутора (свою брендовую ветровку она променяла на кусок домашнего сала в последний вечер) и без следа макияжа.
Они вошли в квартиру молча. Зинаида Марковна первым делом подошла к унитазу, нажала на кнопку слива и, услышав журчание воды, прослезилась.
— Надя, — тихо сказала она, глядя на невестку. — Ты чудовище.
— Что вы, Зинаида Марковна, — ласково ответила Надежда. — Я логист. Я просто оптимизировала ваши потребности. Как здоровье?
Свекровь замолчала. Она прислушалась к своему телу. Колени не ныли. Поясница не стреляла. Даже вечный шум в ушах сменился какой-то странной, лесной тишиной.
— Здоровье… — буркнула она. — Здоровье такое, что я завтра на дачу поеду.
Помидоры твои полоть. Михалыч сказал, у меня талант.
Леночка, не говоря ни слова, прошла на кухню, открыла холодильник и начала есть сыр прямо из упаковки.
— Надь, — прошамкала она. — Я завтра на работу выхожу. В кофейню. Там, конечно, тоже «выгорание», но там хотя бы козы не плюются.
Валерий подошел к жене.
Он смотрел на её загар, на её уверенную улыбку и чувствовал себя невероятно маленьким.
— Ты ведь была в Сочи, да? — спросил он, заметив в прихожей багажную бирку «Адлер-Москва».
Надежда Петровна не стала врать.
— Да, Валера. В пяти звездах. Массаж, море, тишина. Потому что премия была моя. И право на отдых — тоже моё. А ваш отдых был ровно на ту сумму, которую вы внесли в наш семейный бюджет за последние полгода. Справедливо?
Валерий посмотрел на свои огрубевшие руки. Он вспомнил Михалыча, пареную репу и деревянную будку с дырой. Вспомнил, как хотел отправить жену на дачу, пока сам будет пить коктейли.
— Справедливо, — выдохнул он. — Пойду… пойду мусор вынесу. И, кажется, кран на кухне капает. Я посмотрю.
Эпилог. Новые горизонты
С тех пор в семье Надежды Петровны воцарился идеальный порядок.
Зинаида Марковна перестала болеть.
Оказалось, что физический труд на даче — лучшая профилактика всех её «смертельных» недугов. Теперь она соревнуется с Надеждой: у кого помидоры крупнее.
Леночка внезапно сделала карьеру. Она стала управляющей в кафе, и её жесткий стиль руководства (привет Михалычу) привел заведение к успеху. Она больше не «ищет себя», она себя нашла.
А Валерий… Валерий нашел подработку. Теперь он не только перекладывает папки, но и ведет архивы для нескольких частных фирм удаленно. Копит на отпуск. Общий.
Когда в следующем году Валерий заговорил о лете, Надежда Петровна внимательно на него посмотрела.
— Надюша, — сказал муж, — я тут путевки посмотрел. В Грецию. На двоих. Я сам заработал, честно.
Надежда Петровна улыбнулась и погладила его по щеке.
— Молодец, Валера. Значит, Эко-хутор в этом году отменяется?
Валерий вздрогнул.
— Никаких хуторов! Михалыч мне до сих пор в кошмарах снится с топором и березовым соком!
Надежда рассмеялась. Она знала: цепочки поставок в этой семье теперь работают бесперебойно. А главное — никто больше не путает позвоночник с печенью.
**Конец.**
