Глава 2. Незваный гость в стерильном мире
Звонок в домофон раздался ровно в двенадцать. У родителей всегда была эта черта — маниакальная пунктуальность там, где она не требовалась, и полное отсутствие чувства такта во всём остальном.
Я глубоко вдохнула, поправила волосы и пошла открывать. На пороге стояли они. Мама в элегантном пальто, которое выглядело дороже всего её гардероба восьмилетней давности, и папа, заметно постаревший, с каким-то виноватым выражением лица и огромным медведем в руках.
— Катенька! — мама бросилась ко мне, обдавая знакомым ароматом французских духов. Она попыталась обнять меня, но я непроизвольно напряглась, и объятие вышло сухим, почти формальным. — Боже, какая ты взрослая… Какая квартира!
Она тут же принялась оглядываться. Её взгляд профессионального оценщика скользил по дорогому ламинату, встроенной технике и дизайнерскому освещению. В этом взгляде не было радости за меня — только расчет.
— Проходите, — сказала я, отступая в сторону. — Знакомьтесь, это мой муж Андрей. А это Максим и Алиса.
Андрей вежливо кивнул, сохраняя дистанцию. Дети притихли. Максим с опаской взял медведя у дедушки, а Алиса спряталась за мои ноги.
— Какие чудесные детки! — запричитала мама, приседая перед ними. — Максимка, вылитый папа в детстве. А Алисочка — просто куколка.
Мы прошли в гостиную. Обед прошел под аккомпанемент маминых рассказов о том, как они живут, как папа вышел на пенсию, как они скучали… Я слушала этот поток слов и ждала.
Ждала того самого «но», которое обязательно должно было всплыть. Потому что люди, молчавшие восемь лет, не приходят просто ради вишневого пирога.
— Кать, — мама вдруг замолчала и посмотрела на папу. Тот опустил голову, изучая рисунок на скатерти. — Мы на самом деле не просто так приехали. Нам… нам очень неловко об этом говорить, но ситуация критическая.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Вот оно.
— Лера… она связалась с нехорошими людьми, — мама перешла на шепот, хотя дети играли в другой комнате. — Взяла огромный кредит под залог той квартиры. Хотела какой-то бизнес открыть, шоурум… В общем, прогорела. Квартиру банк выставил на торги.
Я медленно поставила чашку на стол.
— И?
— Она сейчас живет у нас в однушке. Там тесно, Катенька. Она в депрессии, постоянно плачет. А у вас такая огромная квартира… Мы подумали, может, вы могли бы временно прописать её здесь? Или, может, у Андрея есть связи, чтобы помочь ей с долгами? Вы же богатые люди, для вас это капля в море, а для семьи — спасение.
Глава 3. Цена семейных уз
В комнате повисла тишина, которую можно было резать ножом. Андрей посмотрел на меня, ожидая моей реакции. Я видела, как у него на скулах заиграли желваки, но он молчал, предоставляя право последнего слова мне.
— То есть, — начала я, и мой голос звучал пугающе спокойно, — восемь лет назад вы отдали ей жилье, потому что она «больше нуждалась», оставив меня на улице без копейки поддержки. А теперь, когда она это жилье проиграла, вы пришли ко мне, потому что я «богатая»?
— Катя, ну зачем ты так… Мы же семья! — мама прижала платок к глазам. — Мы совершили ошибку, признаем. Но Лера — твоя кровь. Ты не можешь оставить её в беде.
— Когда я снимала комнату в коммуналке и ела одну лапшу быстрого приготовления, чтобы накопить на первый взнос, где была моя «семья»? — я поднялась из-за стола.
— Когда я рожала Максима и мне некому было даже стакан воды принести, потому что муж был в командировке, где вы были? Вы читали мои сообщения и молчали.
Папа наконец поднял глаза.
— Кать, мы боялись, что Лера обидится, если мы будем с тобой общаться. Она очень ревнивая…
— Лера ревнивая, а я — сильная. Я всё придумаю, правда, мам? — я горько усмехнулась. — Так вот, я придумала.
Я подошла к шкафу, достала ту самую черную папку, в которой хранились документы на квартиру, и выложила её на стол. Родители подались вперед с надеждой.
— Здесь — счета за ипотеку, которую мы выплачиваем каждый месяц. Здесь — счета за обучение детей, за страховки, за жизнь, которую мы построили сами. Мы никому ничего не должны.
И я не собираюсь вешать на шею своего мужа и своих детей взрослую женщину, которая не умеет нести ответственность за свои поступки.
— Ты выгоняешь нас? — прошептала мама, не веря своим ушам.
— Нет, я провожаю вас. Обед закончен. Медведя заберите с собой, у Максима аллергия на дешевый наполнитель.
Глава 4. Чистый горизонт
Когда за ними закрылась дверь, я обессиленно опустилась на пуфик в прихожей. Андрей подошел и просто положил руки мне на плечи.
— Ты в порядке? — тихо спросил он.
— Да. Странно, но мне не больно. Мне просто…
никак. Словно я наконец-то закрыла книгу, которую мучила восемь лет, и поняла, что финал мне совсем не нравится.
— Мам, бабушка и дедушка уже ушли? — Максим выглянул из комнаты. — Они еще придут?
Я посмотрела на сына.
В его глазах было простое детское любопытство. Никакой травмы, никакой боли. Только ожидание прогулки, которую я обещала.
— Нет, малыш. Они живут очень далеко. В другом мире.
Мы всё-таки пошли в парк.
Шторы в детскую я выбрала в тот же вечер в интернет-магазине — светлые, легкие, через которые всегда будет пробиваться солнце, даже если за окном идет дождь.
Квартира Леры в итоге ушла с молотка.
Она уехала в другой город к какому-то новому кавалеру, а родители остались в своей однушке, продолжая жалеть «бедную девочку». Они пытались позвонить еще пару раз, но я заблокировала номера.
Не из мести. Просто в моем уютном, теплом мире больше не было места для людей, чья любовь зависит от размера твоего кошелька или степени твоей «нуждаемости».
Я больше не была сильной для них. Я стала счастливой для себя. И это оказалось гораздо важнее.
Конец.
