Глава 2. Цена “молодой крови”
К марту дела у Виктора перешли из стадии «плохо» в стадию «катастрофа». Кредиторы, которые раньше вежливо ждали звонка, начали присылать официальные претензии.
Однокомнатная квартира, в которой он жил, была заложена. Денег не хватало даже на приличные алименты для Вари, из-за чего Юля регулярно устраивала скандалы по телефону, называя его «неудачником, который разрушил ей жизнь».
Он сидел в офисе — маленьком кабинете, который он теперь делил с тем самым «дипломированным специалистом». Тот специалист, к слову, уже подыскивал себе другое место.
— Виктор Николаевич, — парень заглянул в дверь, — там повестка в суд. По поводу задолженности перед поставщиками.
Виктор не поднял головы. Он смотрел на старое фото в телефоне — то, где они с Людмилой на даче пять лет назад.
Она в смешной панаме, он с шашлыком. Тогда он думал, что это скучно. Теперь он понимал, что это была стабильность, которую он собственноручно превратил в пепел.
Он решился на отчаянный шаг. Продал остатки оборудования, закрыл долги перед самыми агрессивными кредиторами и… решил начать всё сначала. Но не в бизнесе. В семье.
Глава 3. Незваный гость
Людмила возвращалась домой из театра. Сосед с шестого этажа, которого звали Павел Иванович, проводил её до двери. Они смеялись, обсуждая игру актеров.
— Людмила, вы сегодня просто сияете, — сказал Павел, задерживая её руку в своей. — Может, завтра съездим в парк? Говорят, там уже крокусы расцвели.
— С удовольствием, Павел, — ответила она.
В этот момент лифт открылся, и из него вышел Виктор. Он выглядел постаревшим на десять лет: помятый плащ, небритый, в глазах — лихорадочный блеск. Он застыл, глядя на их сомкнутые руки.
Павел Иванович вопросительно посмотрел на Людмилу.
— Это… мой бывший муж, — спокойно пояснила она. — Павел, идите домой, я справлюсь.
— Если что — я на связи, — кивнул сосед и, бросив на Виктора предупреждающий взгляд, поднялся по лестнице.
Виктор прислонился к стене.
— Люда… это кто? Твой новый?
— Виктор, уже поздно. Что тебе нужно?
— Я всё осознал, Люда. Юля… она оказалась пустой. Ей нужны были только мои счета. А ты — ты настоящая. Я хочу вернуться.
Давай забудем этот год как страшный сон. Я всё исправлю. Мы снова станем семьей. Дети нас поймут…
Людмила смотрела на него и не чувствовала ни боли, ни торжества. Только бесконечную скуку. Ей было странно, что этот человек когда-то был центром её мира.
— Витя, ты не понял, — сказала она. — Семья — это не запасной аэродром, куда приземляются, когда закончилось топливо. Это место, которое берегут. Ты свой выбор сделал. А я свой сделала позже.
— Ты из-за этого соседа? Да он же старик! — сорвался Виктор.
— Он мужчина, который умеет ценить женщину. А ты — мужчина, который умеет ценить только себя. Уходи.
Виктор попытался схватить её за плечо, но дверь квартиры уже захлопнулась. Он остался один в пустом подъезде, пахнущем дешевой краской и чужими жизнями.
Глава 4. Последний аккорд
Через месяц Людмила узнала, что компания Виктора окончательно обанкротилась. Его признали несостоятельным, имущество ушло с молотка. Юля подала на него в суд за неуплату алиментов и запретила видеться с дочерью, пока он не погасит долги.
Виктор устроился работать в такси. На той самой подержанной машине с царапиной на бампере.
Однажды вечером он получил заказ. Адрес был знакомым — элитный жилой комплекс, где теперь жил его сын Андрей. Виктор припарковался и стал ждать.
Из подъезда вышел Андрей. Он был в дорогом костюме, под руку с красивой девушкой. Они сели в машину Виктора, не глядя на водителя — в салоне было темно, а Виктор инстинктивно натянул кепку пониже.
Весь путь он слушал, как сын обсуждает новый контракт. Андрей говорил уверенно, жестко, профессионально. В какой-то момент девушка спросила:
— А твой отец? Он ведь тоже занимался этим направлением?
Андрей помолчал.
— Мой отец когда-то был хорошим учителем. Но он забыл главное правило: бизнес и жизнь рушатся, когда ты перестаешь уважать тех, кто тебе помогал. Мы приехали.
Андрей расплатился через приложение, оставив щедрые чаевые, и вышел.
Виктор смотрел им в спину, и слезы, которые он сдерживал годами, наконец потекли по щекам. Он был в нескольких метрах от сына, но между ними была пропасть длиной в предательство.
Глава 5. Крокусы в парке
А Людмила сидела в парке на скамейке. Павел Иванович бережно укрыл её плечи пледом.
— О чем вы задумались, Люда?
— О том, как странно устроена жизнь, — ответила она. — Мы часто боимся потерь, не зная, что это просто освобождение места для чего-то настоящего.
На её телефон пришло фото от Светы. Дочь прислала снимок из Лондона, куда уехала на стажировку: «Мамуля, я так горжусь тобой! Скоро прилечу!»
Людмила улыбнулась и убрала телефон.
Бумеранг Виктора действительно всё расставил по местам. Но не потому, что он прилетел и ударил его. А потому, что, когда Виктор бросил этот бумеранг, он сам остался с пустыми руками.
А Людмила просто пошла дальше. Туда, где цвели крокусы, где пахло кофе и где её ждал человек, которому не нужно было объяснять, что «родня — это святое», потому что он сам был для неё этой святостью.
Жизнь продолжалась. И она была прекрасна в своей справедливости.
