…Заказ был не просто важным — он был судьбоносным. Инесса Эдуардовна не прощала ошибок. А Раиса Захаровна, уверенная, что теперь владеет ателье, уже успела пообещать ей готовое платье к завтрашнему вечеру.
Я откусила ещё кусок пирога, улыбнулась и отпила чаю. В голове прокручивались события последних дней — как я методично готовилась к этому моменту, не подавая виду, что всё просчитала наперёд.
Две недели назад, за день до «выселения», я сделала несколько важных звонков. Первый — Инессе Эдуардовне.
— Понимаете, — говорила я ровным голосом, — возникли семейные обстоятельства. Ателье временно закрывается на реорганизацию. Но я лично прослежу, чтобы ваш заказ был выполнен в срок. У меня есть надёжная портниха, которая возьмёт этот проект под мой контроль.
Инесса нахмурилась:
— Вы уверены? Я доверяю только вам.
— Абсолютно. Я буду на связи каждый день, проверю каждый шов. Это вопрос моей репутации.
Она помолчала, потом кивнула:
— Хорошо. Но если будет хоть малейшее отклонение от эскиза…
— Никаких отклонений не будет, — заверила я.
Второй звонок был той самой портнихе — Ольге, моей бывшей однокурснице. Мы не общались лет пять, но я знала: она мастер своего дела и никогда не подведёт.
— Оль, нужна помощь. Сделаешь платье по моему эскизу? Я обеспечу материал, оплату и буду рядом на всех примерках.
— Конечно, — без колебаний ответила она. — Когда начинать?
— Прямо сейчас. Я пришлю все замеры и ткань.
Третий звонок был арендодателю студии. Я попросила его не сообщать Эдику и Раисе Захаровне о моём решении расторгнуть договор раньше срока. За это я предложила ему бонус — двойную плату за последний месяц. Он согласился.
А теперь, сидя на подоконнике в новой квартире, я ждала развязки.
Телефон зазвонил ровно в 11:03. Номер был незнакомый, но я сразу поняла, кто это.
— Алло, — ответила я спокойно.
— Ты!!! — голос Раисы Захаровны дрожал от ярости. — Что это за издевательство?!
— О чём вы, Раиса Захаровна? — я откусила ещё кусочек пирога.
— Где платье?! Где заказ Инессы Эдуардовны?! Она только что звонила мне, орала, что ателье закрыто, что никто не отвечает на звонки, что материал испорчен!
— Испорчен? — я изобразила удивление. — Как жаль. Видимо, кто‑то без опыта попытался взяться за сложный заказ.
— Не притворяйся! Ты всё подстроила!
— Ничего я не подстраивала, — я вздохнула. — Я предупреждала, что ателье закрывается. Вы решили, что сможете вести бизнес без меня. Что ж, это ваше право. Но профессиональная работа требует профессиональных навыков.
— Да как ты смеешь?! — её голос сорвался на визг. — Эдик сейчас приедет к тебе! Он тебе покажет!
— Пусть приезжает, — я улыбнулась. — Только сначала пусть заберёт из ателье свои диски и пылесос, которые он там зачем‑то оставил. И напомните ему, что студия арендована на его имя, а я уже расторгла договор. Арендодатель ждёт его для подписания документов.
В трубке повисло тяжёлое молчание.
— Что… что ты сделала?
— Расторгла договор. Ещё неделю назад. Ключи у вас — но права на помещение закончились вчера. Арендодатель уже предупредил охрану, чтобы вас не пускали.
— Ты… ты…
— И ещё, — перебила я. — Инесса Эдуардовна очень расстроена. Она уже сообщила своим знакомым, что ателье «закрылось из‑за некомпетентности новых владельцев». А её знакомые — это половина городской администрации. Думаю, слухи разлетятся быстро.
Раиса Захаровна задохнулась от возмущения:
— Ты мстишь нам?!
— Нет, — я встала с подоконника, подошла к окну и посмотрела на цветущую сирень. — Я просто не позволила вам забрать то, что вам не принадлежит. И показала, что бывает, когда кто‑то решает, будто может распоряжаться чужой жизнью без спроса.
— Эдик тебя…
— Эдик, — я заговорила твёрдо, — может попробовать подать на меня в суд. Но тогда я предъявлю все чеки, переводы и договоры, которые доказывают, что ателье — мой бизнес, а не его. И что он не вложил в него ни копейки, кроме той пиццы на вышивальной машине.
В трубке раздались короткие гудки.
Я положила телефон на стол, доела последний кусок пирога и налила себе ещё чаю. За окном щебетали птицы, ветер шевелил ветки сирени, а в душе было удивительно спокойно.
В дверь постучали. Я открыла — на пороге стояла Ольга с большой коробкой.
— Готово, — улыбнулась она, протягивая мне платье. — Идеально по эскизу. Инесса Эдуардовна будет в восторге.
Я взяла коробку, заглянула внутрь — безупречная строчка, идеальная посадка, благородный блеск шёлка.
— Спасибо, Оль. Ты спасла ситуацию.
— Да ладно, — она махнула рукой. — Это было даже весело. И знаешь что? Давай откроем своё ателье. Вместе.
Я рассмеялась — впервые за долгое время искренне и свободно.
— Давай, — сказала я. — На этот раз — только на наших условиях.
