Глава 2. Холодный душ
— Семья? — Дарья горько усмехнулась, складывая руки на груди. — Семья строится на взаимном уважении, Нина Александровна. А вы выстроили здесь диктатуру.
Вы приходили сюда, переставляли мои вещи, выбрасывали то, что мне дорого, и приводили посторонних людей в мою спальню. Где в этом «семья»?
Егор, наконец, вышел из оцепенения. Его лицо пошло красными пятнами, он сделал шаг к жене, пытаясь взять её за руки.
— Даш, ну ты чего? Ты в своем уме? Куда мы пойдем в девять вечера под дождь? Маме плохо станет! Посмотри, она же вся дрожит.
— У мамы есть своя квартира, Егор. Ключи от которой лежат у неё в сумке. Она прекрасно доберется на такси. А ты… ты можешь составить ей компанию.
Раз уж ты не считаешь нужным защищать интересы своей жены в её же доме, значит, этот дом тебе не нужен.
— Ты выгоняешь мужа?! — взвизгнула Нина Александровна, хватаясь за сердце. — Из-за мебели? Из-за каких-то тряпок? Егорушка, ты слышишь? Она нас на улицу выбрасывает, как собак!
— Я выгоняю не мужа, — отрезала Дарья. — Я выставляю захватчиков. Егор, я давала тебе десятки шансов. Я просила, я намекала, я плакала. Ты выбирал молчать. Ты выбирал поддакивать матери, когда она называла меня «никудышной хозяйкой». Вот и иди к «настоящей» хозяйке.
Глава 3. Сбор вещей
Дарья прошла в прихожую, достала из шкафа большой спортивный баул и бросила его к ногам мужа. Глухой звук удара ткани о ламинат прозвучал финальным аккордом их брака.
— Начинай собираться.
Компьютер заберешь завтра, я вызову курьера или вынесу к подъезду. Сегодня — только самое необходимое.
— Я никуда не пойду! — Егор попытался включить «хозяина», повысив голос. — Я здесь прописан! Ты не имеешь права!
Дарья посмотрела на него с искренним сочувствием, которое жалит больнее любой злости.
— Ты прописан временно, Егор. И как собственник я могу аннулировать эту регистрацию завтра в одностороннем порядке. Хочешь довести до полиции? Пожалуйста.
Я позвоню папе, он приедет через пятнадцать минут с адвокатом. Ты же знаешь, как мой отец относится к этой квартире.
При упоминании тестя Егор сдулся. Виктор Петрович был человеком суровым и зятя недолюбливал с самого начала, считая его «приживалой с амбициями».
— Сынок, не унижайся, — Нина Александровна величественно поднялась, поправляя прическу, хотя руки её всё еще подрагивали. — Мы уйдем. Пусть живет в своих пустых стенах. Посмотрим, как она запоет через неделю, когда поймет, что потеряла такого мужчину.
Пойдем, Егорушка. У нас дома уютно, и никто не попрекнет куском хлеба или метрами.
Она начала судорожно собирать свои многочисленные пакетики с вязанием, баночки с «правильным» вареньем и кремы, которые успела расставить в ванной.
Глава 4. Очищение
Весь следующий час прошел в гнетущем шуме сборов. Егор молча кидал одежду в сумку, иногда злобно поглядывая на Дарью, которая сидела в кресле в гостиной и неподвижно смотрела в окно. Ей было не больно. Ей было… никак.
Словно из неё выкачали весь воздух, оставив только звенящую пустоту.
Когда входная дверь наконец захлопнулась, Дарья еще долго сидела в темноте. Тишина в квартире была непривычной — за последние месяцы она забыла, как звучит её дом без бесконечных поучений свекрови и оправданий мужа.
Она встала, прошла на кухню и первым делом передвинула диван на прежнее место. Потом вернула кресла туда, где им полагалось быть. Сняла со стола нелепую кружевную салфетку, которую принесла Нина Александровна, и отправила её в мусорное ведро.
В ванной она собрала все чужие тряпки, освежители воздуха с запахом «горной лаванды», который вызывал у неё мигрень, и дешевое мыло. Всё это отправилось вслед за салфеткой.
Вернувшись в гостиную, она увидела те самые тапки. Дешевые, резиновые, они сиротливо лежали у порога — Егор в спешке забыл их. Дарья подцепила их кончиками пальцев и выставила за дверь, на лестничную клетку.
Глава 5. Новое утро
Утром Дарью разбудило солнце. Сентябрьский дождь кончился, небо было пронзительно голубым. Она проснулась одна в своей кровати и впервые за долгое время не почувствовала тревоги. Не нужно было ждать очереди в ванную, не нужно было выслушивать критику завтрака.
Она заварила себе крепкий кофе — именно такой, какой любила она, а не «полезный цикорий», который навязывала свекровь.
Телефон разрывался от звонков. Мать Егора написала простыню сообщений о том, какая Дарья меркантильная и жестокая.
Егор прислал короткое: «Заберу комп в семь. Оставь у охраны».
Дарья не ответила ни на одно.
Вечером, когда системный блок и монитор были переданы курьеру, она позвонила родителям.
— Пап, привет. Ты был прав. Квартира — это крепость. И защищать её нужно не только от воров, но и от «близких», которые не знают границ.
— Что-то случилось, дочка? — голос отца был обеспокоенным.
— Наоборот, пап. Всё встало на свои места. Я свободна.
Дарья повесила трубку и оглядела свою гостиную. Мебель стояла правильно. В шкафах был её порядок. В воздухе пахло её духами. Она наконец-то была дома. Настоящей, единственной хозяйкой.
**Конец.**
Как вы считаете, имела ли Дарья право выселять мужа так резко, или стоило дать ему время на поиск жилья? Можно ли спасти брак, если один из супругов позволяет своим родителям полностью контролировать быт молодой семьи?
